Предыдущий пост Поделиться Следующий пост
Про Макаренко
ludmilapsyholog

Зашел вот тут вот http://meshuga80.livejournal.com/248564.html разговор о Макаренко и я вспомнила, что давно обещала про это все написать. Про коллективное воспитание и т. д. Сейчас попробую.

Сейчас меньше, а в советские времена Макаренко был для Системы вождь и учитель. Везде висели портреты, цитаты, копировались какие-то арибуты типа общего собрания, дежурств, флагов, горнов и пр. А я, надо сказть, в детстве очень любила "Педагогическую поэму", наизусть прямо знала. И когда все это "следование заветам Макаренко"  в подшефном дд наблюдала, сильно ежилась, ибо это было похоже на недобрый и совсем недружеский шарж. Тогда, конечно, я не могла все это толком сформулировать, просто осталаось как вопрос. 
Ну, и сейчас на опыт Макаренко постянно ссылаются апологеты Системы, мол, вот что такое коллективное воспитание и какие были результаты. Да только чего-то нет таких сейчас результатов. Я даже не про выпускников, хотя и про это то же, а про сам дух детского учреждения, который у Макаренко был бодрый и радостный, а у нынешних -- тоскливо-обреченный.

Первое откровение пришло, когда я стала работать в семейном устройстве и понемногу понимать, что происходит с ребенком, оставшимся без семьи и попавшим в учреждение. Вдруг я подумала: у него-то, у Макаренко, дети были совсем другие. Самые младшие из его воспитанников --- "малыши" -- это подростки 13-14 лет. Большинству 15-17, кому и все 19. Отсчитываем назад несколько лет беспризорности, ну, три, ну пять. Это значит, что до 9-14 лет это были обычные дети, жили с мамой и папой, дома. Осиротила их гражданская война, тиф, голод -- словом, стихийные бедствия. Их отцы не били их спьяну и не насиловали, их матери от них не отказывались, младенчество в др, госпитализм, расстройство привязаанностей, энцефалопатия, фетальный алкогльный синдром и прочие "прелести" к ним не имели никакого отношения. Здоровые, нормальные пацаны, только вшивые и матом ругаются. Так и сейчас вам любой воспитатель дд скажет -- если ребенок попадает к ним после 9-10 лет и в семье ничего такого ужасного не было, это будет золотой ребенок. Да, ему будет плохо, но потом он как-то сможет найти опору, пережить, перетерпеть и вырастет вполне жизнеспособным и хорошим человеком.

Идея "сжечь прошлое", так любимая Макаренко, который прниципиально не читал личные истории детей и запррещал спрашивать своих воспитанников о прошлом, тоже из другой жизни. Сжечь вмсете с завшивленными лохмотьями годы беспризорности, скитаний, одиночества, страха -- вполне себе грамотно с психологической точки зрения. Так некоторые дети, попав в семью, сжигают или рвут детдомовские фотографии и вообще не хотят вспоминать, что они там были. Обратите внимание, нигде у Макаренко не идет речь о том, чтобы "сжечь" воспоминания о семье. Их не теребили, но они у детей были, и служили внутренним ресурсом, давая силы, а не истощая. У наших сирот воспоминания о семье бывают очень сильно разные. И их не "сожжешь" просто так, не забудешь, это не то, что с тобой "случилось", это твоя семья, часть самого тебя. 
Травму беспризорности моржно вылечить красивой, чистой, разумной, простроенной жизнью. Жизнь, организованная Макаренко, была хорошим противоядием хаосу, грязи, беззащитности и безотвественности бродяжей жизни. Неудивительно, что дети в общем и целом с благодарностью принимали этот шанс "вернуться в колею" и довольно быстро адаптировались. 
Излечить семейную травму нельзя никаким коллективом. ,Если "не читать истории" современных сирот, поведение и состояние ребенка будут просто непостижимы и работать с ними будет невозможно.  Макаренко мог питать иллюзии на этот сче по одной простой причине -- детей с семейной травмой, с искалеченной привязанностью, среди его воспитанников практически не было.

В состоянии острого горя дети к Макаранко тоже не попадали, обычно онии теряли семью задолго до помещения в колонию. В книге Фриды Вигдоровой "Черешенки", про ученика Макаренко, Семена Калабалина (Карабанова в книжке), очень интересно описано, как в 30-х  годах стали поступать дети, только что оторванные от родителей (раскулачивание, репрессии, конечно, в книге прямо о причинах не говорится). И педагоги были в растерянности, столкнувшись с детьми в состоянии острого горя, опыт Макаренко им тут ничем не мог помочь, помогала интуиция и обычная бабская жалость. Если судить по книге, интуиции и любви к детям хватало, чтобы тупо не воспроизводить традиции и не заставлять бросать в костер вещи, на которых была маминой рукой сделана штопка " любовно подобранными в цвет нитками". Надеюсь, и в жизни так было., хотя уверенности нет. Сильно немолодой уже нынче Антон Семенович Калабалин, последователь дела отца и названного деда (в книжке маленький Тосик), производит, надо сказать, тяжелое впечатление. С большим пафосом говорит, что он еще не отдал из своего дд в семью ни одного ребенка и не собирается, и что блажь все это семейное устройство. Сам, между прочим, вырос с мамой и папой, в отдельной квартире, а не в группе. Наверное, от этого у него и сформировалось идеализированное мнение о детском доме как образе жизни, плохо ли: и теплая мама под боком, и товарищей куча прямо во дворе. Директорский ребенок -- всегда любимец воспитанников, да еще малыш. В раю товарищ вырос, несмотря на военные годы, а это неполезно для общего развития.

В прниципе, всего этого уже достаточно, чтобы сделать вывод, что идеи и практика Макаренко и нынешняя система сиротских учреждений - две разные планеты от слова "совсем" и вешай-не вешай портреты, ничем нам этот интересный и талантливый педагог не поможет.

Но все еще сложней с этим самым коллективным воспитанием.
Сейчас убегаю, допишу ближе к вечеру вторую часть.

 



  • 1
Да-да, я где-то в печатном виде уже видела мысль о том, что идеи и технологии Макаренко подходили подросткам-беспризорникам, под них строились, с ними и срабатывали, но для другого типа сирот не годятся ни разу.

Да, наверное, у меня и читали в книжке :)

Тоже очень люблю книжку Вигдоровой, читала запоем.

Ой, я ее буквально до дыр зачитала. То есть просто, до распада на молекулы. Душевная книга.

Я Педагогическую поэму читала еще в школе, поэтому могу исказить еще один существенный момент, который помогал Макаренко, и который можно было бы использовать в нынешней системе, но почему-то не используется:
у Макаренко дети РАБОТАЛИ, и никому не приходило в голову обвинить его в эксплуатации детского труда. Его детей готовили к самостоятельной жизни уже хотя бы тем, что они сами себя обслуживали + были всяческие рабочие мастерские. Если я правильно помню, им не нужно было внешнее финансирование, чтоб, скажем, фасад здания покрасить - могли и заработать коллективно на краску, и этой самой краской своими силами выкрасить все что надо.
Даже если исходить из того, что у Макаренко были дети, имеющие опыт жизни в семье, а в нынешних ДД живут социальные сироты - имхо, реально их хоть как-то приспособить к нормальной жизни трудом. А этого нет. Я конечно соглашаюсь, что любая программа социальной адаптации ничто по сравнению с устройством в семью. Но пока желающих усыновить меньше чем усыновляемых, надо исходить из того, что есть.

Вот примерно об этом и будет вторая часть. Оставайтесь с нами :)

С цитатами и документами возразить не могу, но интуитивно - вот: Во времена Макаренко отец народ народов был корифеем всех наук, а полуграмотный Лысенко - академиком. И таких вот дутых гениев было пруд пруди, а если точнее, других тогда и не было. Другие работали на военную промышленность, вот оружие делали или хотя бы воровали по настоящему. А вся эта гуманитарная туфта - дутой была в советское время, за исключением работ еще дореволюционной закваски ученых, те по инерции помнили сколько будет дважды два.
Изучать труды Макаренко или речи Вышинского можно, определенный этнографический интерес понятен, но не более.
Детьми, да и взрослыми, тогда не дорожили, помрет и черт с ним, бабы новых нарожают. Там не было идеи помочь ребенку вырасти, там могла быть только идея: пусть станет советским патриотом или сдохнет.

Макаренко не был дутым гением, конечно. И не очень вписывался в реальность того времени. От ареста и расстрела его спас инфаркт.
И вообще это немного... упрощенное представление о том времени. Где "там" не было идеи помочь? В голове у Сталина? в головах у чекистов? Ни в одной голове ни одного педагога? Никакой отец народов не может взять и отменить живую мысль и живую работу людей на огромной территории. Физически уничтожали, это да, морально -- тоже. Но нас миллионы, всех не перевешаешь (с)

Мне вот, например, кажется, что опыт Макаренко может быть интересен при приеме подрощенного ребенка в большую семью. Тема уличного асоциального подростка приносящего свюб приблатненную этику и роль других детей в его адаптации - это ИМХО, тема. Как Макаренко во многих случаях считал, что воспитательное воздействие коллектва эффективнее чем исходящее от воспитателей, так и в семье прямое направляющее воздействие от родителей может оказаться менее значимым для подростка чем влияние новых сиблингов. ИМХО, естественно

Спасибо за разбор, жду продолжения.

После Вашего поста и поста Оли твёрдо намерена прочитать Макаренко и Вигдорову.

Мне вот тут подсказали, что я наврала название. Там трилогия: "Дорога уходит вдаль", "Окна нашего дома" и "Черниговка".

Спасибо, ждём продолжения ).
Про труд в ДД, думаю, все согласятся. Когда девчёнки в 12-15 лет впервые чистят картошку, мне трудно сказать, к чему их там вообще адаптируют. Даже на кухне помочь (когда сами хотят) нельзя.

По поводу коллективного воспитания в современных ДД полностью согласен. Единственно интересует вопрос: как с ним обстоят дела в адаптации слепоглухих детей? Из того, что я читал, опять же, в советских книжках, получалось вполне логичным, и чуть ли не единственным, методом адаптации - коллективная трудотерапия. Вроде как и травма от разлуки там специфическая и часто нет отрицательного опыта в семье. Всё-таки, мне кажется, в отдельных случаях и сейчас остаётся актуальным коллективное воспитание. Ваше мнение?

Актуальным то остается, да где ж его взяь. Об этом как раз дальше.

Был о Макаренко фильм документальный. Я из него вынесла, что не только другая практика у него была и другие дети, у него и методы применялись не только перевоспитательно-педагогические, а еще и суровый административный карательный ресурс был задействован. В его распоряжении были силовики, подразделение которых он мог вызвать и вызывал в случае серьезных проблем. Многие из его воспитанников были уже сложившимися рецидивистами с соответствующим опытом.
Еще в этом фильме интересный был рассказ Явлинского со слов его отца-воспитанника Макаренко. Тот, будучи вызван в кабинет, боялся как раз того, что привлекут силовиков, как я поняла. Но обошлось. Макаренко сидел-молчал, тот с перепугу уже всю свою жизнь вспомнил, потом был отпущен со словами типа "ты все понял?".

Да, там дяденьки серьезные были, некоторые с опытом уголовным. Учреждение-то было для малолетних правонарушителей. Хотя в большинстве, конечно, просто дети.
А то, что пресловутой пощечиной там насилие не ограничивалось, это наверняка.

У Макаренко были основания не особо "вытягивать" из детей воспоминания и не культивировать обсуждение прошлого детей. Хочу напомнить, что макаренковская колония была под эгидой НКВД, это они - те самые "сильные шефы", о которых пишет Антон Семенович. Я, думаю, "оборвав" связь своих детей с их прошлым Макаренко не одному из воспитанников спас жизнь - ведь там были и дети священников, и дети белых офицеров и даже дети титулованых родителей. А детки, как правильно замечено Вами, Людмила, были не крохотные, а в том числе и 17-19летние. то есть отучившиеся в "царских" учебных заведениях, что не могло не помешать им в их жизни. Так что А.С. совсем даже не уродовал детей казармщиной, отбирая воспоминания, а спасал. И спасибо ему за это.Кстати, нигде в произведениях Макаренко (а я из в детстве-подростковости зачитала до дыр) нет плевков в прошлое, тем более, в детское. Есть краеугольный камень теории - о роли труда в воспитании, так не о принудительном, а об осознанном труде идет речь. Этот-то тезис кто оспаривает?

Кстати, да. Возможно именно из этих соображений прошлое не афишировалось.

Спасибо. Пошёл читать дальше.

Всегда любила книги Макаренко, с удовольствием перечитывала их.
Отчасти поэтому и подалась в педагоги. Это лирика. Проза. Сталкивалась с добровольческой работой в дд. Сейчас, в основном, вся помощь дд заключается в том, чтобы дать.Это понятно, что их хочется подкормить, подарить, и т.д. Но у этих ребятишек, которые живут в поилке-кормушке тогда вырабатывается психология подвальных кошек - колбасу принес - идут, мурлычут. Колбаса съедена - ушли тут же. Даже общения не надо. И самая главная задача все-таки состоит в том, чтобы их социализировать. Уметь быть в обществе, уметь общаться. У многих из них, кто уже выпускники, на пороге выпуска начинается депрессия - куда я денусь. Нет ни жилья, ничего. Учится можно только там, гда дают общагу. Мозги спят. гормоны гуляют. Плюс в мозге фильтр из травм, насилия и обид. Полная пассивность. Отсутствие интереса. Гражданская война отдыхает...

Да, все так. Соглашусь с каждым словом.

"Каждый видит, каким способом я победил, но никто не видит, каким способом я организовал победу" - Сунь Цзы.

Попытка бездумно воспроизвести работающую методику - не работает.

Свидетельством международного признания А. С. Макаренко стало известное решение ЮНЕСКО (1988), касающееся всего четырёх педагогов, определивших способ педагогического мышления в ХХ веке. Это — Джон Дьюи, Георг Кершенштейнер, Мария Монтессори и Антон Макаренко.

По-моему, более чем достаточное свидетельство признания педагогического опыта Макаренко в мире.

Спасибо за информациюю. Оказывается, я понятия не имею, кто такой Кершенштейнер, надо узнать.

  • 1
?

Log in